Девен Парех 26 лет руководит инвестиционной компанией Insight Partners и, в отличие от многих венчурных капиталистов, предпочитает держаться в тени. В четверг вечером в Нью-Йорке он выступил на мероприятии StrictlyVC, организованном TechCrunch, где откровенно рассказал о победах фирмы.
В этой встрече с TechCrunch на мероприятии StrictlyVC в четверг вечером в Нью-Йорке Парех был откровенен в отношении некоторых побед фирмы (например, он возглавлял и возглавлял многочисленные раунды в Databricks и владеет долями в OpenAI и Anthropic); сделки, которые он не выиграл, включая шумную юридическую компанию AI Legora; конфликты интересов в венчурном инвестировании; и почему Insight придерживалась диверсифицированной стратегии, даже когда венчурные капиталисты ворвались в пограничные лаборатории ИИ.
Это интервью было отредактировано для длины и ясности.
Есть исследователь, который стал большой историей недели — я только что спросил Кита Рабуа об этом ранее сегодня вечером. Считаете ли вы, что опасения по поводу риска ИИ равносильны истерии, или у вас есть реальные опасения?
Кит и я, вероятно, не согласны с политикой, но мы согласны с этим. Конечно, есть риск, что какой-то негосударственный субъект получит доступ к модели с открытым исходным кодом и создаст биологическое оружие. Но есть еще большая вероятность того, что мы получим значительное сокращение времени, необходимого для разработки новых лекарств и лечения заболеваний. Я возьму эту ставку.
Я в совете директоров NYU Langone — то, что ИИ уже делает с данными о пациентах, удивительно. Мы можем посмотреть на 50 миллионов записей пациентов и сказать кому-то, кто ходит за чем-то не связанным, что у них есть 25-процентный шанс сердечного приступа. Нет-нет, я думаю, что это очень позитивно.
Конечно, есть риски, как и в случае с дронами следующего поколения. Каждое поколение сталкивается с новыми рисками, и со временем мир все еще повышает уровень жизни. Нам понадобится искусственный интеллект для масштабирования здравоохранения — население стареет, и не хватает медицинских специалистов, чтобы обойти.
Insight владеет активами на 90 миллиардов долларов, но выглядит относительно спокойно по сравнению с фирмами аналогичного размера. Это целенаправленная работа?
Каждый венчурный капиталист считает себя экспертом во всем — эпидемиологии во время COVID, геополитике во время иранской войны. Я не уверен, что мы все эксперты во всем. Наше отношение было таково: пусть портфолио говорит. Мы инвестируем в учредителей и компании. Мы должны общаться достаточно, чтобы люди знали, кто мы, но наша производительность должна говорить сама за себя, и это обусловлено портфолио, а не тем, что мы громко говорим.
Вы делаете раннюю стадию, рост, выкупы и, предположительно, вторичные покупки. Что такое раскол?
Это временное, а не фиксированное — мы инвестируем глобально, поэтому нет определенного географического распределения или распределения стратегии. Посмотрите на наши последние семь фондов, и вы увидите разные проценты ранней стадии, роста и выкупа в каждом из них. Выкупы сейчас невелики — ставки высоки, долговые рынки не восприимчивы к программному обеспечению, количество выходов упало. Мы не делали крупных выкупов с 2024 года.
Что касается венчурного сектора, то оценки растут такими темпами, которые мы наблюдали ранее, в 2021 году, и это не закончилось хорошо. Как правило, последующий раунд означает больше данных, поэтому вы платите более высокую цену за более низкий риск. Прямо сейчас раунды движутся так быстро, что почти нет дополнительных данных, поэтому вы платите больше, не снижая риск. Логический ответ — пойти пораньше. С масштабным фондом вы можете делать меньшие ставки — выписывать чек на 20-25 миллионов долларов вместо 500 миллионов долларов — и удваивать ставки на победителей. Вот откуда несоразмерно выросли наши доходы. С Wiz мы написали серию A и продолжали выписывать чеки, поэтому наш выигрыш был намного больше, чем если бы мы остановились на первом чеке. И если бы Wiz не сработала, это едва ли повредило бы фонд нашего размера.
Где сосредоточены таланты для стартапов?

Как глобальный инвестор, какой процент ваших сделок является региональным по сравнению с концентрированным где-то в районе залива?
Талант рушится во всем мире. Мы соревновались за Легору — мой партнер Джефф Хоринг прилетел в Стокгольм, чтобы представить компанию, потому что там был основатель. Мы проиграли генералу Катализатору.
Тем не менее, талант в области инфраструктуры искусственного интеллекта действительно сосредоточен в Сан-Франциско — мой 23-летний сын, также венчурный капиталист, переезжает туда, потому что он говорит, что вы не можете инвестировать в ИИ, не находясь там. Но плотность талантов варьируется по вертикали: Рэмп — это финансовые услуги, и этот талант сосредоточен в Нью-Йорке. Таким образом, вертикальное инвестирование в ИИ может быть более географически разнообразным, чем чистая инфраструктура ИИ.
Я не знаю конкретной причины, но я думаю, что они продали свое ценностное предложение лучше, чем мы продали наше в то время. Есть много примеров, когда все пошло по другому пути. Это большой мир, нам не нужно выигрывать каждую сделку.
Вы инвестируете в конкурирующие компании — OpenAI и Anthropic. Когда-то это было табу в ВК. Это вызвало какие-то страдания внутри фирмы? Беспокоились ли вы о том, что учредители отнимут у вас?
Внутренние дебаты были больше о том, стоит ли нам вступать в более ранние раунды. Это очень зависит от стадии. Хосла сделал серию A OpenAI, и они никак не могли тогда инвестировать в Anthropic, и если бы мы сделали серию A Anthropic, мы, вероятно, тоже не смогли бы сделать OpenAI. Как только вы находитесь на более позднем этапе, вне совета директоров, а не управляя управлением, вы просто покупаете отличные акции.
Мы рассматривали OpenAI как доминирующую потребительскую игру, а Anthropic как четкую бизнес-стратегию. Поскольку эти компании должны были привлечь $30–100 млрд, они перестали диктовать эксклюзивность. Тем не менее, на этапе Серии A/B у нас есть ограничения на обмен информацией, и мы не инвестируем в напрямую конкурирующие компании, хотя некоторые учредители чувствительны даже к перекрытию доходов в 2%.
Станет ли Insight агрессивнее в физическом ИИ?
Становитесь ли вы более агрессивными по отношению к физическому ИИ?
Компании, занимающиеся физической разведкой, по-прежнему в значительной степени являются научными проектами. Дело не в том, что они не станут реальным бизнесом, но вы делаете ставку на то, когда произойдет внедрение робототехники. Мы смотрим, но мы еще не там.
Беспокоятся ли LP о риске концентрации?
OpenAI и Anthropic собрали примерно половину всех долларов венчурного капитала в первой половине этого года. Вы думаете, что LP беспокоятся о риске концентрации?
Мы не слишком сосредоточены, так что это не проблема для нас. Но я — LP в других фондах, и я знаю два фонда прямо сейчас — собирая весь их фонд за месяц — чей шаг буквально «35-40% этого фонда идет в одну из этих двух компаний». Но этот бизнес всегда вознаграждал диверсификацию на длительном горизонте. У нас 13-й фонд, поэтому мы должны думать о десяти фондах, а не об одном.
В этот конкретный момент, если бы 25% нашего фонда были в Anthropic, наши доходы выглядели бы лучше. Но данные с течением времени не поддерживают чрезмерную концентрацию, и большинство LP также не хотят этого воздействия, хотя такие фирмы, как Founders Fund и Thrive, очень хорошо работают с концентрированными стратегиями. Всегда будут исключения, которые хорошо справляются с этим.
Второстепенные кредиты привлекательны прямо сейчас, учитывая, сколько капитала было привлечено в 2021-2023 годах. Как ты думаешь об этом?
Самая большая проблема заключается в том, что многие фонды собрали много денег и не вернули их в LP. Многие фонды первого и второго раза не будут привлекать следующий фонд, потому что они не уделяли приоритетного внимания ликвидности. Я говорю управляющим фондам, что советую: если Anthropic собирается утроиться отсюда, хорошо — в любом случае, возьмите свою основу. LP хотят знать, что вы можете превратить позиции в наличные деньги.
Мы тоже были виновны в этом на ранней стадии. Как один из крупнейших LP в большинстве наших собственных фондов, мы бы подумали: «Зачем продавать, если он может снова удвоиться?» За последние два года мы вернули более 20 миллиардов долларов в LP благодаря стратегическим продажам и IPO. DPI имеет значение, даже в фонде 13. Второстепенные инвестиции являются механизмом ликвидности, часто для ранних венчурных инвесторов больше, чем для сотрудников. Никто не жалуется на 10x, который остается 10x, но если он падает до 5x, люди спрашивают, почему вы не продали.
Элад Гилл утверждает, что существует узкое окно — возможно, от 6 до 12 месяцев — где оценка компании никогда не будет выше, и учредители должны продавать ее. Ведете ли вы этот разговор со своими учредителями?
Мы всегда ведем этот разговор, хотя основатели слушают меня так же, как и мои дети. Это случай за случаем, но когда основатель получает предложение по пенистой оценке, я спрашиваю их, что происходит, когда рынок исправляет, потому что это произойдет, даже если я не могу сказать вам, когда. Если бы у меня было время, я бы был на острове, управляя своим портфелем, а не разговаривая с вами. Вам не нужно продавать все, без риска 10 или 20%.
Сейчас оценки растут так быстро, что люди предполагают, что тенденция продолжается, но вы не можете накапливать 40 миллиардов долларов на уровне 50% каждые два месяца в течение двух лет, не становясь мировой экономикой. Эта математика не работает.
Anthropic, скорее всего, скоро станет публичной, за ней, предположительно, стоит OpenAI. Что такое IPO для отрасли?
Anthropic уже больше, чем Salesforce, и ему четыре года — тот факт, что они могут стать публичными, не обязательно много значит для всех остальных. У вас будет три компании — SpaceX, Anthropic, OpenAI — которые станут публичными в течение шести-восьми месяцев, каждая из которых будет иметь рыночную капитализацию в триллион долларов, и рынок поглотит SpaceX. Реальный вопрос заключается в том, когда следующий уровень компаний станет публичным, и какую планку это установит. Если вы инвестор общественного рынка, наблюдающий за тем, как что-то идет от нуля до 65 миллиардов долларов за четыре года, «двойной, двойной, тройной, тройной» больше не выглядит таким захватывающим сравнением. Но эти 10-кратные темпы роста не могут продолжаться вечно. В конце концов, даже эти компании становятся компаниями нормального роста, и для этого нужны публичные рынки. Я думаю, что мы увидим больше таких IPO в течение следующих 18 месяцев.
С таким большим количеством капитала заперты, все эти деньги LP, наконец, текут обратно поддерживать безумие?
Мы все делаем это в нашей личной жизни — держись подальше от дорогого рынка, пока мы не сможем его больше терпеть, и впивайтесь в него, когда мы должны отступить. LP делают то же самое на макроуровне; все хотели этого до 2021 года, отошли после этого, и теперь те же самые LP накапливаются. Этот цикл «бум-сбой» трудно избежать. Фонды венчурного роста в размере от 6 до 10 миллиардов долларов раньше были редкостью; теперь они распространены.
Как долго вы даете компании с плохой структурой крышки, прежде чем решить, удвоить или уйти?
Она сильно варьируется. Чудесная платформа для корпоративных агентов ИИ была создана менее двух лет назад; мы провели два раунда, и сейчас она оценивается в 5 миллиардов долларов. С другой стороны, некоторые инвестиции в 2021 году ушли в никуда в течение трех или четырех лет, прежде чем найти товарный рынок. Это одна из причин, почему мы проводим обзоры портфелей — мы недавно прошли через 300 портфельных компаний в течение трех дней, проверяя не только крупные позиции, но и ища те, которые показывают точку перегиба, на которую стоит удвоить ставку, купить вторичный продукт или в некоторых случаях отступить.
Лучший пример — компания по безопасности Armis. Мы потеряли первоначальную сделку с Sequoia, но мой партнер сохранил отношения с 5 миллионами долларов из фонда в 11 миллиардов долларов. Восемнадцать месяцев спустя мы выкупили весь стол с колпачками, включая Sequoia, за девятизначный чек и продали его ServiceNow в этом году за 7 миллиардов долларов. Иногда вы зарабатываете деньги небольшими чеками, иногда большими. Цель — найти лучших учредителей на лучших рынках.
Обновление: в более ранней версии этой статьи не упоминалось, что Кита Рабуа спросили о комментариях бывшего исследователя Anthropic Джейкоба Коксона до того, как был Парех. Сначала спросили Рабуа; затем Пареху задали вариант того же вопроса.
Вопросы и ответы
Сколько денег под управлением у Insight Partners и как они объясняют свою непубличность?
Insight Partners управляет активами на 90 миллиардов долларов. Парех говорит, что фирма предпочитает, чтобы о ней судили по портфелю, а не по громким заявлениям, хотя и признаёт необходимость рассказывать о себе.
Почему Insight не проводила крупных выкупов с 2024 года?
Парех объясняет это высокими ставками, невосприимчивостью долговых рынков к программному обеспечению и падением числа выходов. Поэтому крупные выкупы сейчас невелики, а фирма делает ставку на ранние инвестиции.
Как Insight удаётся зарабатывать на поздних раундах при быстро растущих оценках?
Парех говорит, что раунды движутся так быстро, что почти нет новых данных, поэтому риск не снижается. Insight вкладывает меньшие суммы — 20–25 миллионов вместо 500 миллионов — и удваивает ставки на победителей, как в случае с Wiz.


















